Последние авианалеты на Калинковичи

Калинковичи после бомбардировки

Калинковичи после бомбардировки

«Стервятники» в боеготовности
В наступающих вечерних сумерках 12 мая 1944 года заканчивался 1056-й день Великой Отечественной войны. Переполненный самолетами 6-го воздушного немецкого флота аэродром Барановичи спешно готовился к проведению важной боевой операции. После разгрома на Курской дуге и последовавших вслед за этим других тяжелых поражений гитлеровцы утратили свое господство в воздухе и все чаще прибегали к тактике ночных авианалетов. Между четырьмя десятками бомбардировщиков «Юнкерс-88» и «Хейнкель-111» сновали автоцистерны-заправщики, оружейники укладывали в бомбоотсеки и крепили на внешние подвески самолетов осветительные, зажигательные и осколочно-фугасные авиабомбы разного калибра и мощности. Готовые к вылету экипажи (в каждом по 4 человека: пилот, штурман, бортрадист, стрелок) выстроились по эскадрильям и звеньям для инструктажа на подсвеченной прожектором бетонной полосе. Командир 1-й авиагруппы 3-й бомбардировочной эскадры люфтваффе «Блитц» («Молния») обер-лейтенант Бернгард фон Добшютц был немногословен:
— По приказу командования летим на бомбардировку железнодорожного узла Калинковичи, резервная цель – железнодорожный мост через реку Припять. Погода благоприятная, облачность незначительная, ветер юго-восточный слабый. В прикрытии две эскадрильи истребителей «Ме-109» и «ФВ-190». По цели действуем с высоты 4000 — 5000 метров пятью группами, в первой — осветители «Хейнкель». «Иваны» хорошо наладили светомаскировку, поэтому рассчитывайте только на приборы, маневрирование при заходе на цель и выходе из боя – по радиокомандам ведущего. Это ночное свидание с русскими зенитками вряд ли будет приятным: стреляют они чертовски метко… По машинам!
Бомбардировщики один за другим выруливали на старт, и, как только контроллер давал каждому зеленый свет, двигатели ревели на полную мощность. Самолет мчался вдоль тонкой линии огней взлетно-посадочной полосы, отрывался от нее и за секунды исчезал в ночной темноте. Сделав несколько кругов над Барановичами и дождавшись сбора всей группы, обер-лейтенант повел ее курсом на юго-восток. Через полчаса, обстреляные советскими зенитками, самолеты пересекли линию фронта и начали перестраиваться для захода на цель с разных направлений и высот. В 21.35 от командира группы по радио поступила команда: «Осветителям выйти на цель, остальным приготовиться к атаке!». Еще через пару минут откуда-то снизу, из темноты в небо ударили ослепительные световые столбы нескольких прожекторных установок и загрохотали зенитки…
А имена тех, кто здесь лег, гранит хранит…
После освобождения от гитлеровцев в январе 1944 года город Калинковичи еще несколько месяцев находился в ближнем тылу войск 1-го Белорусского фронта и часто подвергался налетам вражеской авиации. Калинковичский железнодорожный узел с прилегающими магистралями составлял отдельный прифронтовой железнодорожный участок, который обслуживался военно-эксплуатационным отделением Народного комиссариата путей сообщения (НКПС) под командованием полковника А.А. Орлова. Эта структура выполняла задачи по эксплуатации, восстановлению и ремонту железнодорожного пути, обеспечивала его подвижным составом, осуществляла мероприятия противовоздушной обороны. Начальником Калинковичского отделения Белорусской железной дороги был В.Г. Стеблев, начальником железнодорожной станции – И.Г. Шкредов, начальником депо – М.К. Рубанов.
Ветеран войны и труда В.А. Жукович, выполнявший с апреля 1944 года обязанности диспетчера противовоздушной обороны станции Калинковичи, так вспоминал о тех незабываемых днях: «…Работали в невероятно сложных условиях, нередко по двое суток без смены. Жителей в городе было мало, да и те на ночь уходили в ближайший лес, чтобы спрятаться от возможной бомбежки. Работой узла и прилегающих участков руководило военно-эксплуатационное отделение, начальником которого был полковник Орлов. Размещалось оно в приспособленных пассажирских вагонах, что стояли на определенном расстоянии от станции, на пути, ближе к лесу. Были оборудованы места дежурного по отделению, проложены линии связи. Однажды ночью, во время моего дежурства, немецкие самолеты сбросили несколько бомб на военно-эксплуатационное отделение. К счастью, обошлось без жертв. После этого случая мы перебрались в лес, оборудовали землянки, в которых и жили. Позже разместились в вагоне летучки связи, который стоял на станционном пути. Для маскировки объектов в светлое время суток ставили дымовую завесу с помощью специальных генераторных установок. Строго соблюдались правила разгруппирования. Часто поезда пускали по станции без остановки, а замену локомотивов производили около входного сигнала или на ближайшей станции».
В последние годы в интернете на сайте «Подвиг народа» появилось много документальных свидетельств военной поры, в том числе журналы боевых действий (ЖБД) некоторых частей советской противовоздушной обороны. Из них следует, что железнодорожный узел Калинковичи в первой половине 1944 года почти ежедневно «навещала» немецкая воздушная разведка. В феврале и первой половине марта стояла нелетная погода, и мощных бомбардировок не было, но с улучшением погодных условий гитлеровская авиация активизировалась. В ЖБД советской 61-й армии есть запись, что 22 февраля ее руководство обратилось к вышестоящему командованию с запросом «…выделить одну зенитную артиллерийскую дивизию для прикрытия железнодорожного узла Калинковичи и переправ через р. Припять». Столь крупных сил ПВО сюда не направляли, но имевшиеся дали достойный отпор фашистской авиации, которая группами от 3 до 40 самолетов бомбардировала Калинковичи 22 марта, 16,18, 29 апреля, 6, 12, 13, 25, 29, 30 мая, 2, 7, 15, 27, 28 июня и 4 июля 1944 года.
С неба калинковичский железнодорожный узел прикрывали 521-й и 827-й истребительные авиационные полки (дислоцировались на аэродроме у д. Великий Боков юго-западнее Мозыря — прим. В.Л.) из состава 36-й истребительной дивизии ПВО. С земли его после освобождения защищали 153-й и 252-й отдельные зенитные артиллерийские дивизионы, входившие в состав Минского корпусного района ПВО (с 19 апреля — 4-й корпус ПВО), со штабом в Гомеле. В каждом дивизионе было четыре 76-миллиметровых зенитных орудия, восемь 37-миллиметровых зенитных орудий, четыре зенитные пулеметные установки и по несколько прожекторных установок. Советская зенитная 76-миллиметровая пушка образца 1938 года в минуту посылала до двадцати 6,5-килограммовых осколочных или бронебойных снарядов на высоту до девяти километров, орудийный расчет состоял из пяти бойцов. Автоматическая 37-миллиметровая зенитная пушка образца 1939 года поражала цели на высоте до 6 километров и давала 120 выстрелов в минуту, расчет состоял из семи человек. Зенитная пулеметная установка образца 1931 года представляла собой счетверенный пулемет «Максим» с пулеметной лентой в тысячу патронов на каждый ствол. Она обеспечивала эффективный огонь по самолетам противника на высотах до 1400 метров. Пулеметный расчет состоял из трех человек.
Известно, что в названных зенитных артиллерийских дивизионах прожектористами и пулеметчиками были девушки 20-22-х лет из Тамбовской и Горьковской областей. Зенитные батареи располагались в районе, где сейчас находится зверохозяйство, а также на пересечении нынешних улиц Энгельса и Никонова, на крышах каменных двухэтажных домов (ныне № 33 и № 35) по Аллее Маркса, на пересечении улиц Дзержинского и Ломоносова, на углу нынешних улиц Октябрьской и Островского и в других местах. На крыши при помощи канатов и тросов поднимали малокалиберные 37-миллиметровые зенитки и зенитные пулеметные установки, а более тяжелые 76-миллиметровые орудия вели огонь с земли.
В конце марта 1944 года в Мозырь из Киева прибыл только что сформированный 546-й зенитный артиллерийский полк под командованием майора А.Е. Лужанского. Один из его четырех дивизионов вскоре убыл в г. Сарны Ровенской области, а остальные три (12 батарей 37-миллиметровых зениток) прикрывали Мозырь и переправы через Припять. В этом полку командирами батарей были молодые младшие лейтенанты, командирами орудий – сержанты, наводчиками – рядовые, а остальные бойцы – молодые девушки, набранные на службу в городах Томск и Новосибирск, а также в недавно освобожденной от врага Черниговской области. Первого фашиста над Припятью они сбили 22 апреля, а всего уничтожили здесь девять вражеских самолетов и отразили более полусотни авианалетов.
Сильной вражеской бомбардировке Калинковичи подверглись 5 мая, при этом погибли пять бойцов расчета ПВО. Командира пулеметного отделения, 32-летнего уроженца Чувашии, сержанта Ивана Кириллова похоронили в братской могиле в железнодорожном сквере. Еще одна братская могила появилась на пустыре с южной стороны улицы Дзержинского (между нынешним торговым центром «Соседи» и СШ №6). В ней похоронили командира пулеметного отделения, младшего сержанта 20-летнюю Зою Сидоренко из г. Горький, а также трех пулеметчиц, уроженок Воскресенского района Горьковской области: ефрейтора 21-летнюю Анну Шадрунову, рядовую 19-летнюю Клавдию Ремизову и рядовую 19-летнюю Екатерину Беленкову. Имена других погибших при том авианалете военнослужащих выбиты на гранитных плитах калинковичских братских могил: старший сержант Михайлович Г.И., рядовые Воронин Д.М., Гребнев Б.С., Комков П.Е., Петухов Н.С., Чивиков К.Н.
И оглохла земля от обстрелов
Для усиления противовоздушной обороны калинковичского железнодорожного узла командование через два дня перевело сюда из Мозыря 4-ю батарею 546-го полка, уже имевшую на своем боевом счету сбитый немецкий бомбардировщик. Это было своевременное и верное решение.
Но вернемся к событиям 12 – 13 мая 1944 года. За несколько часов до запланированного авиа-удара по Калинковичам немецкое командование выслало туда воздушный разведчик «Фокке-Вульф-189», получивший у советских солдат прозвище «рама», потому что имел два фезюляжа. Несмотря на свой экзотический, действительно схожий с оконной рамой вид, он имел сильное вооружение и отличные летные характеристики. При пересечении линии фронта его обнаружила наша система ПВО, на перехват вылетело дежурное авиазвено с аэродрома Великий Боков. В журнале боевых действий 827-го истребительного авиаполка за 12 мая указано: «В 16.30 группа истребителей в составе трех «Як-75», пилотируемых старшим лейтенантом Вовченко, младшим лейтенантом Дырдыч и лейтенантом Ковалевым, обнаружили и атаковали самолет «ФВ-189». В результате воздушного боя немецкий самолет был сбит и упал в 15 км северо-восточнее железнодорожной станции Кацуры».
…Сразу же после пересечения линии фронта армадой немецких бомбовозов с главного командного пункта противовоздушной обороны в мозырский и калинковичский штабы ПВО поступило предупреждение о предстоящем через 15-20 минут налете. Завыли сирены, ожили раструбы громкоговорителей. Калинковичская железнодорожная комендатура и дежурная смена железнодорожников принимали срочные меры по укрытию людей, остановке подходивших к станции поездов и рассредоточению уже стоявших на ней эшелонов. В 21.35 первый появившийся над железнодорожным узлом вражеский самолет пустил в сторону вокзала красную ракету, указывающую направление бомбометания, после чего на земле вспыхнули прожекторы и загрохотала зенитная артиллерия.
Первый осветитель сбросил в центр и по периметру цели несколько осветительных авиабомб (САБ) красного цвета. Они медленно спускались на парашютах, яркие факелы горели и светили долго – 5-6 минут. Вместо сгоревших бросались новые – и так все время бомбардировки. Ориентируясь по ним, еще два самолета начали сбрасывать на цель десятки зажигательных авиабомб (ЗАБ). Через несколько минут в исполосованном прожекторами небе появилось подошедшее с юго-запада первое звено «Юнкерсов». С горизонтального полета и крутого пикирования они высыпали на железнодорожные пути, вагоны и постройки 50 и 100-килограммовые осколочно-фугасные бомбы (ФАБ). Земля задрожала от мощных взрывов, взвился огонь пожаров. Отбомбившись, звено покинуло зону действия ПВО и затем ходило с южной стороны объекта. Его место вновь заняли осветители, а их, в свою очередь, сменила очередная группа «Юнкерсов», подошедшая на разных высотах с северо-запада. Мощная бомбардировка длилась с перерывами до 01.50 ночи, после чего, собрав свою потрепанную зенитчиками авиагруппу, обер-лейтенант Добшютц увел ее на свой аэродром.
Наверное, тогда имел место эпизод, упомянутый в воспоминаниях В.А. Жуковича:
«Однажды я проснулся от мощных взрывов, быстро вскочил с постели, глянул в окно и увидел на соседнем пути состав с боеприпасами. Головные вагоны уже охватило пламя, начали взрываться снаряды. Из пробоин котла паровоза бил пар. Тем временем по соседнему пути прошел маневровый паровоз. Пылающие вагоны отцепили, а состав отвели в безопасное место. Так погиб ценный груз, который направлялся на фронт».
В журнале боевых действий 36-й истребительной авиационной дивизии под датой 13 мая этому событию посвящено несколько строк: «Ночью авиация противника вела разведку и бомбардирование железнодорожной станции Калинковичи. Налет с 22.00 до 02.00 эшелониророванно осуществляли до пятнадцати групп с интервалами 10-15 минут. Сброшено 125 «ФАБ-50» и «ФАБ-10», 250 ЗАБ и 60 САБ. Разрушено 1500 м железнодорожного полотна, сгорело 8 вагонов с имуществом, 126 порожних вагонов, повреждено 2 паровоза, разрушено 25 жилых домов, повреждены 3 пушки, 1 прожектор, убито — 1, ранено – 9 военнослужащих». Имена двоих указаны под этой датой в журнале боевых действий 546-го зенитного арлиллерийского полка: «Ранены командир орудия сержант Асатурьев и наводчик красноармеец Бойченко из состава 4-й батареи при бомбардировке ж.д. станции Калинковичи. Орудие выведено из строя». Погибший — это, очевидно, похороненный в братской могиле на ул. Куйбышева рядовой П.А. Машковец. Кроме них, в сводке безвозвратных потерь 4-го корпуса ПВО за май 1944 года этой же датой (13 мая) числится погибший и похороненый в Каликовичах зенитчик, рядовой, уроженец Чувашии 43-летний Василий Фадеев. По какой-то причине его имя не было увековечено на гранитных плитах братских могил в нашем городе. Кроме того, вскоре скончались тяжело раненые при бомбардировке санитар 1591-го эвакогоспиталя, рядовой Аксенов А.Н. и медсестра этого госпиталя Козленко Е.С.
Докладная наших потерь
В Гомельском архиве общественных организаций хранится копия подробной докладной начальника станции И.Г. Шкредова о людских потерях и ущербе железнодорожному хозяйству, причиненном в результате вражеского авианалета. Всего за 4 часа бомбардировки было разрушено 4637 метров пути, 90 проводокилометров линий связи, повреждены в разной степени 7 паровозов, углеподъемный кран, повреждено водоснабжение, разбиты или повреждены 227 вагонов, полностью сгорел восстановительный поезд. Кроме того, превратились в руины или сгорели здания дежурного по станции, механический цех и мастерские депо, столовая, клуб, 2 жилых казармы, 4 многоквартирных жилых дома. Погибли 10 железнодорожников и 3 военнослужащих, были ранены 11 железнодорожников и 16 военнослужащих.
Не успел стихнуть в ночном небе гул вражеских самолетов, как на железнодорожном узле экстренно приступили к ликвидации последствий разрушительного налета.
«Восстановительные работы велись – отмечено в докладной, — бригадами майора Борисова, тов. Петрунина, тов. Лапунова, летучкой связи и летучкой пути МПВО. К 18.00 14 мая были восстановлены пять путей Полесского парка, выходы с него на главный и тракционный пути. Дальняя связь с Гомелем, диспетчерская и стрелочная с постами восстановлены к 18.00 13 мая. Восстановительные работы осложняются наличием авиабомб замедленного действия, из которых самопроизвольно взорвались 10, жертв не было. Прибывший взвод подрывников приступил к окопке, обезвреживанию и подрыву авиабомб. Поврежденные вагоны с путей убираются. Лучшие люди, показавшие самоотверженную работу, будут дополнительно представлены к поощрению».
Подлинными героями тех огненных дней наряду с воинами ПВО были местные железнодорожники: старший диспетчер П.И. Ященко, диспетчеры К.Н. Афонин и С.Ф. Станкевич, дежурные по отделению П.П. Данилюк и П.И. Кульбанов, главные кондукторы П.Н. Андриенко и М.А. Амелин, помощник паровозного машиниста Н.Я. Киселюк, электромеханик И.И. Драчук, стрелочники и путейные рабочие В.А. Дробница, В.Е. Дробница, В.А. Дорошковец, И.Г. Гаркуша и многие другие. Список погибших к докладной И.Г. Шкредова не приложен, но две фамилии известны. На старом городском кладбище по ул. Куйбышева есть небольшой бетонный памятник, увенчаный красной звездой. На нем надпись: «Бажанову и Яковенко, погибшим 13 мая 1944 года при исполнении служебных обязанностей от коллектива локомотивного депо». К сожалению, ни в калинковичском депо, ни в музее Гомельского отделения Белорусской железной дороги, ни в Гомельском областном архиве имен этих людей и каких-либо сведений о них мне найти не удалось. Возможно, они были не местными, а из числа откомандированных в Калинковичи железнодорожников, так как в архиве Калинковичского районного отделения ЗАГС свидетельств об их смерти тоже не обнаружено.

Непрерывный огонь с воздуха
Фашистская авиация вновь и вновь пыталась парализовать наши воинские железнодорожные перевозки, о чем свидетельствуют записи в журнале боевых действий 36-й истребительной авиационной дивизии, сделанные в мае-июне 1944 года.
25 мая: «Авиация противника днем и ночью вела разведку железнодорожного узла Калинковичи. На перехват вылетали самолеты 591 и 827 ИАП (истребительного авиационного полка — прим. В.Л.). В результате воздушного боя лейтенант Ковалев сбил «ФВ-190» в районе г. Калинковичи».
2-го июня: «Ночью была бомбардировка группами по 2-3 самолета железнодорожной станции Калинковичи. Сброшено 150 осколочно-фугасных бомб весом от 50 до 500 кг. На станции разрушено 100 м железнодорожного полотна, повреждено 2 паровоза, убит 1 и ранены 2 военнослужащих. Отмечен 41 пролет «Ю-88» и «Хе-111».
7 июня: «В 22.29 три «Ю-88» бомбардировали железнодорожную станцию Калинковичи. Сброшено 24 «ФАБ-50» и «ФАБ-25». Жертв и разрушений нет. В 22.36 один «Ю-88» с высоты 2000 м сбросил 4 «ФАБ-100» в районе станции Калинковичи. Жертв и разрушений нет. В 02.31 один «Ю-88» с высоты 3000 м сбросил на станцию 20 «ФАБ-20». Разбит 1 железнодорожный вагон, повреждено 15 метров железнодорожного полотна, ранен 1 человек».
15 июня: «На перехват противника вылетел пилот 591-го ИАП младший лейтенант Иванов. В 08.07 на высоте 7800 м произошла его встреча с «ФВ-187». Немец сбит и упал в 15 км северо-западнее Калинковичей».
28-го июня: «В 08.10 пятнадцать «Хе-177» под прикрытием трех «Ме-109» и четырех «ФВ-190» с высоты 6000 — 7000 м бомбардировали железнодорожную станцию Калинковичи. Сброшено 30 «ФАБ» весом от 50 до 500 кг, из них 13 «ФАБ» упали на железнодорожный узел. Разрушено 4 жилых дома, 15 метров железнодорожного пути, повреждены 3 паровоза, убито 16 и ранено также 16 военнослужащих, убито 4 человека гражданского населения. При вылете на отражение из 827 ИАП двух «Як-70», пилотируемых старшим лейтенантом Недовесовым, северо-западнее Калинковичей состоялась встреча с «ФВ-190», немецкий самолет был подбит».
Об этом последнем массированном налете фашистской авиации калинковичане вспоминают до сих пор. Мария Котик (Акуленко), в 1944 году десятилетняя девочка, проживавшая с родителями по Аллее Маркса, примерно в километре от железнодорожного вокзала, рассказала:
«С зимы до начала лета немецкие самолеты регулярно по ночам, а иногда и в светлое время суток, сбрасывали бомбы на Калинковичи. Сначала в небе развешивали как бы «фонари» и было светло, как днем. Наши прожекторами освещали небо, ловили летящий бомбардировщик и обстреливали его из зениток. Земля стонала от взрывов бомб, в теле появлялась нервная дрожь, зуб на зуб не попадал. Однако за эти несколько месяцев люди уже почувствовали себя свободными, жили и ходили без страха. Но однажды рано утром над городом внезапно появилось много вражеских самолетов. Они летели так низко, что, казалось, заденут крыши домов, а по ходу расстреливали из пулеметов выбегавших на улицы людей. Жертв среди мирного населения было очень много. В это утро погибла и моя двоюродная сестра Антонина Новик, остались сиротами трое малых детей».

Вражеские самолеты сеяли смерть
Другой свидетельнице тех событий Нине Афанасенко (Мироновой) весной 1944 года исполнилось восемь лет. Отец ее в то время был на фронте (погиб полгода спустя в Восточной Пруссии), а сама она вместе с младшей сестрой Ларисой и матерью Марией Корнеевной жили недалеко от вокзала в собственном доме по улице Революционной.
«В январе после освобождения города мы вернулись домой из соседней деревни Рудня Горбовичская. В нашем доме жили советские солдаты, они освободили для нас одну комнату из трех. Спустя некоторое время солдаты ушли, и в нашем доме расположился какой-то воинский штаб, который занимал самую большую комнату. А в другой жил со своей женой капитан этого штаба. Часто ночами станцию бомбардировали немецкие самолеты. Вечером мама открывала в кухне погреб, и мы там ночевали. Иногда ходили ночевать на улицу Парковую (сейчас Озерина), где у старика по фамилии Воронец в большом и глубоком подвале собиралось на ночь несколько семей. Как начиналась бомбардировка, земля сотрясалась от мощных взрывов, было очень страшно. Когда наступило тепло, многие люди с ближайших к станции улиц на ночь уходили в лесной массив на западной окраине города, где в 1970 году построили ремзавод. Спали там под деревьями, пережидая бомбежку, а утром возвращались в город. В один из таких дней, когда после ночной бомбежки утром люди шли на работу, опять внезапно налетели немецкие самолеты. Это был просто ад, тогда погибли многие военные, а также и местные жители. Среди них было несколько моих знакомых. Кондрат Змушко, который был начальником БТИ и жил в начале улицы Советской, как раз выходил из дома на работу и был убит осколком прямо на пороге. На нашей улице погибли женщина средних лет Баранова, ветеринарный врач Григорий Лаевский, Анна Королева, ее семилетний сын Женя и четырехлетняя дочка Рая. А их брат, шестилетний Шурик, как раз перед бомбежкой куда-то отлучился из дома и уцелел. Баранову и Лаевского похоронили прямо на территории их подворий, Лаевского сын позже перезахоронил на кладбище по улице Куйбышева. Семью Король похоронили в железнодорожном сквере, где находились могилы погибших железнодорожников и военных. Пятнадцать или больше могил стояли в одну линию с улицы Кагановича (сейчас Октябрьская) в сторону железнодорожного полотна. На могилах военных были маленькие деревянные пирамидки с красными звездочками, у местных жителей – деревянные кресты. Помню, в 1954 году, когда уезжала на учебу в Минский пединститут, пришла в этот сквер к могилам друзей детства. А когда вернулась с учебы, могил в сквере уже не было», — поделилась воспоминаниями Нина Матвеевна.
Бывший пулеметчик 99-й Калинковичской партизанской бригады, затем железнодорожник, один из немногих ныне живущих очевидцев описываемых событий, 96-летний Николай Киселюк, вспоминает: «Это случилось в июне 1944 года, я был тогда помощником машиниста паровоза, водил воинские составы к фронту. Вернулся из рейса поздно вечером, пришел домой и сразу уснул, так как перед этим двое суток не смыкал глаз. А утром случился внезапный и сильный налет немецкой авиации, были огромные разрушения, много погибших. Мне спас жизнь Иван Драчук, который жил со своей матерью в нашем доме. Он успел поднять крышку погреба, столкнул туда меня еще полусонного и спрыгнул вниз сам. Почти сразу же после этого от близкого разрыва авиабомбы рухнули стены дома. Моя мама Наталья Климентевна, бабушка Ульяна, сестра Нина и Меланья Драчук успели выбежать на улицу, но там их посекло осколками. Когда самолеты улетели, и мы выбрались наружу, мама еще была жива, а остальные мертвы. Мы с Иваном быстро отнесли мою маму в военный госпиталь, что был на улице Кирова в здании школы. Однако в тот же день она умерла».
В архиве Калинковичского ЗАГС хранятся записи с именами некоторых погибших при немецких авианалетах местных железнодорожников и мирных жителей:
— Альховик Мария Михайловна, 1919 г.р., кладовщик НЖЧ ж.д. станции, умерла 16 апреля 1944 года от ранения осколком во время бомбардировки.
— Зыбин Владимир Иванович, 1895 г.р., бригадир спецформирования местной противовоздушной обороны (МПВО), проживал по ул. Подольская, д. 9, убит осколком разорвавшейся бомбы 18 апреля 1944 года.
— Лобова Ефросинья Фоминична, 1916 г.р., домохозяйка, проживала по ул. Пушкина, д.3, убита во время бомбежки 12 мая 1944 года.
— Бадей Леонид Андреевич, 1930 г.р., ученик средней школы, проживал по ул. Советская, д. 1, умер от ранения при бомбежке 12 мая 1944 года.
— Змушко Кондрат Константинович, 1907 г.р., директор райпромкомбината г. Калинковичи, проживал по ул. Советская, д.135, убит во время бомбежки 29 мая 1944 года.
— Змушко Кузьма Сидорович, 1896 г.р., путевой обходчик, проживал по ул. Войкова, д. 4-а, убит во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Савутин Степан Григорьевич, 1917 г.р., осмотрщик вагонов, проживал в д. Антоновка, убит во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Андреевская Мария Стефановна, 1902 г.р., библиотекарь ж.д. училища ст. Калинковичи, проживала по Аллее Маркса, д.34, убита во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Киселюк Нина Яковлевна, 1921 г.р., бухгалтер ОРС ст. Калинковичи, проживала по Аллее Маркса, д. 32, убита во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Киселюк Наталья Климентьевна, 1897 г.р., домохозяйка, проживала по Аллее Маркса, д. 32, убита во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Киселюк Ульяна Ивановна, 1863 г.р., домохозяйка, проживала по Аллее Маркса, д. 32, убита во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Драчук Меланья Стефановна, 1894 г.р., домохозяйка, проживала по Аллее Маркса, д. 32, убита во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Ахраменко Павел Ефимович, 1904 г.р., помощник машиниста депо, проживал по ул. Подольская, д. 12, убит во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Злобич София Федоровна, 1909 г.р., домохозяйка, проживала по ул. Парковая, д. 18, убита во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Злобич Инна Александровна, 1939 г.р., на иждивении матери, проживала по ул. Парковая, д. 18, убита во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Новикова Федора Федоровна, 1909 г.р., домохозяйка, проживала по Аллее Маркса, д. 20, убита во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Злобич София Федоровна, 1909 г.р., домохозяйка, проживала по ул. Парковая, д. 18, убита во время бомбежки 27 июня 1944 года.
— Игнатенко Лидия Прокофьевна, 1916 г.р., боец военизированной охраны ж.д. станции, проживала по Аллее Маркса, д. 19, убита осколками бомбы 27 июня 1944 года.
— Королева Любовь Ивановна, 1910 г.р., домохозяйка, проживала по ул. Войкова, д. 7-а, убита осколками бомбы 27 июня 1944 года.
— Королев Евгений Иванович, 1937 г.р., на иждивении матери, проживал по ул. Войкова, д. 7-а, убит осколками бомбы 27 июня 1944 года.
— Королева Раиса Ивановна, 1940 г.р., на иждивении матери, проживала по ул. Войкова, д. 7-а, убита осколками бомбы 27 июня 1944 года.

Награды за подвиг
Последняя попытка немцев бомбардировать Калинковичи и последний воздушный бой над городом состоялись 4 июля 1944 года, о чем имеется запись в журнале боевых действий 36-й авиадивизии.
«В 11.00 с аэродрома Великий Боков на прикрытие выгрузки войск на железнодорожной станции Калинковичи подняты два «Як-76» 591-го ИАП, пилотируемые старшим лейтенантом Вовченко и младшим лейтенантом Ноздреватых. На высоте 8000 м в районе г. Калинковичи они встретили «Ю-88». В результате воздушного боя самолет противника был сбит. По докладу старшего лейтенанта Вовченко он упал западнее Калинковичей. После выхода из 3-й атаки старшего лейтенанта Вовченко, младший лейтенант Ноздреватых был потерян, с задания не вернулся. По предположению старшего лейтенанта Вовченко, младший лейтенант Ноздреватых протаранил «Ю-88» и вместе с ним упал».
Командование 4-го корпуса ПВО решило усилить воздушную защиту Калинковичей, и с этой целью 6-го июля сюда из Василевичей был переведен 2-й зенитный пулеметный взвод 34-го отдельного зенитного пулеметного батальона. Однако для гитлеровцев в эти июльские дни на восточном фронте разразилась катастрофа, и вся уцелевшая авиация спешно перебрасывалась с белорусских аэродромов в Польшу. О массированных бомбардировках важных стратегических объектов в советском тылу уже и речи не шло, хотя отдельные самолеты еще некоторое время и высылались за линию фронта на разведку. 17-го июля охранявшие калинковичский железнодорожный узел зенитки в последний раз обстреляли и отогнали пытавшийся приблизиться к нему немецкий воздушный разведчик. После этого вражеская авиация до конца войны здесь уже не появлялась.
В ходе знаменитой операции «Багратион» по освобождению от гитлеровцев всей белорусской земли 591-й и 827-й авиаполки были переведены командованием с Мозырщины ближе к линии фронта. Из помещенных на сайте «Память народа» наградных документов на летчиков 827-го ИАП известно, что, прикрывая с 10 мая по 10 июля железнодорожный узел Калинковичи, этот полк совершил 520 боевых вылетов и сбил в воздушных боях 7 самолетов противника. Из них 5 на счету 1-й эскадрильи лейтенанта Н.Н. Ковалева, а сам офицер лично сбил 3 немецких самолета-разведчика, за что был награжден орденом Отечественной войны 1-й степени. Два вражеских самолета были на счету 2-й эскадрильи старшего лейтенанта Л.И. Вовченко, за что командир получил орден Отечественной войны 2-й степени. Совершавший вместе с ним в паре 4 июля боевой вылет летчик младший лейтенант Н.Л. Ноздреватых очевидно получил повреждения в воздушном бою и упал где-то в лесу между Калинковичами и Копаткевичами. В полку с того дня числился пропавшим без вести, в 1947 году был включен в список погибшего офицерского состава истребительной авиации ПВО.
Получили боевые награды и зенитчики. Запись в журнале боевых действий 546-го зенитного артиллерийского полка за 21 июля гласит: «Полку вручено Красное Знамя и Грамота Президиума Верховного совета СССР. Вручение состоялось в 11.30 перед строем части командиром 4-го корпуса ПВО генерал-майором артиллерии Герасимовым. Одновременно были вручены ордена и медали ранее представленным к награде за сбитие самолетов противника».
Полк майора А.Е. Лужанского нес боевое дежурство в Мозыре и Калинковичах до октября 1944 года, затем, сдав охрану объектов подразделениям 1886-го и 1930-го зенитных пулеметных полков, убыл с Калинковичской ж.д. станции в польский город Минск-Мазовецкий. По данным мозырских краеведов, за весну и лето 1944 года при отражении вражеских авианалетов погибли 18 девушек-зенитчиц, но их поименного списка нет.
С 24-го января 1945 года противовоздушную оборону калинковичского железнодорожного узла осуществлял 200-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион. В памятный день 9 мая помощник начальника штаба дивизиона, старший лейтенант Шуманов сделал в журнале боевых действий последнюю запись: «В 03.00 закончилась Великая Отечественная война Советского народа с немецко-фашистскими захватчиками. Фашистская Германия безоговорочно капитулировала. Дивизион прекратил боевые действия и приступил к подготовке личного состава в условиях мирного времени».

В память о героях
В ноябре 1956 года все находящиеся в черте Калинковичей и в ближайших окрестностях индивидуальные и коллективные могилы советских воинов (в городском и железнодорожном скверах, возле МТС, у железнодорожного моста и другие) были перенесены в три большие братские могилы: на ул. Куйбышева, а также в военный городок, поблизости от СШ №2 и в скверик у СШ №7.
В 60-е годы прошлого века бывшие зенитчицы из Сибири приезжали в г. Мозырь, возможно, навещали и Калинковичи. В мае 2014 года одна из газет Черниговщины поместила на своих страницах заметку об участнице Великой Отечественной войны, жительнице села Лихолетки 93-летней Анне Кудлай.
«Помню, — рассказывает она, — что со всей области собрали 350 девушек, которых распределили по разным родам войск. Меня направили воевать в 546-й зенитно-артиллерийский полк. Мы, зенитчицы, были едва ли не самыми беззащитными: ведь нужно стрелять по самолетам, когда они кружат у тебя над головой, как черные вороны. Зенитчица — легкая мишень, потому что даже в окоп не спрячешься. Не бросишь же зенитку! К тому же очень часто нашей задачей было прикрывать солдат во время переправ через реки. Поэтому много на войне я видела смертей и такого, чего не то что рассказывать, но и вспоминать не могу».
В канун 70-летия Великой Победы в Мозыре на набережной Припяти по инициативе местного отделения Белорусского союза офицеров открыли новый памятник – легендарное 37-миллиметровое зенитное орудие. Его ствол смотрит в небо над автомобильным и железнодорожным мостами, что подвергались когда-то вражеским авианалетам. Хочется верить, что когда-нибудь памятный знак или мемориальная доска в честь героев-зенитчиков 1944 года появятся и в нашем городе. А прежде нужно установить имена всех погибших при бомбардировках Калинковичей и нанести их на гранитные плиты.

Владимир ЛЯКИН.

Один комментарий для “Последние авианалеты на Калинковичи

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.