Калинковичане Андрей и Нина Филипповы отметили бриллиантовую свадьбу

0178

Андрей и Нина Филипповы вместе 60 лет. Старшая дочь Галина прислала в газету письмо-благодарность своим дорогим родителям. «Мама и папа – две половинки одного целого, — пишет она. – Нас, своих дочерей, они воспитывали исключительно любовью и собственным примером порядочности, честности и трудолюбия. Не припомню, чтобы нас наказывали, ругали. Нет, такого не было никогда. Но папа, если мы не слушались или съезжали в учебе, просил: «Девочки, давайте не будем расстраивать нашу мамочку, она же у нас самая лучшая». Он и сегодня старается оградить ее от переживаний, часто делает комплименты, признается в любви. Мама платит ему тем же.
Я выпорхнула из родительского дома в 17 лет. Окончила институт, создала семью, живу в Лиде. Но каждый месяц на несколько дней обязательно приезжаю к мамочке и папочке, греюсь у их семейного очага, отдыхаю рядом с ними душой. Спасибо, милые, родные, за вашу любовь, безграничное терпение и понимание…»

С первого взгляда и на всю жизнь

… Они познакомились в далеком 1957 году. Поиски работы привели 23-летнюю Ниночку – уроженку деревни Черновщина – в артель «Энерготруд» (ныне – мебельная фабрика по улице Карла Маркса), где водителем трудился 27-летний Андрей – уроженец Дудичей.
Слово за слово, молодые люди выяснили, что у них много общих знакомых. Так завязался разговор, в ходе которого Андрей посоветовал Нине соглашаться на любую работу, даже дрова колоть и резать. «Будешь стараться, быстро в цех переведут. А там зарплата повыше, а работа полегче», — сказал он. Девушка к совету прислушалась, и уже назавтра орудовала топором и пилой. Правда, недолго пришлось ей мучиться: на третьей неделе повредила руку. Да так серьезно, что даже пришлось лежать в больнице, где буквально ежедневно ее навещал новый знакомый.
— Когда Андрей появлялся на пороге палаты, меня начинало бросать то в жар, то в холод, — вспоминает Нина Ивановна. – Бабы, с которыми лежала, смеялись: «Втюрилась девка по уши». Я ж отмахивалась: пару недель всего знакомы, какая ж там любовь?
— А про меня напишите: влюбился с первого взгляда и на всю жизнь, — с улыбкой говорит Андрей Михайлович. — Даже матери сказал: «Надумал жениться». Она обрадовалась: «Пора, сынок, пора. А то ты все мне помогаешь, о себе не думаешь».

Трудное детство Андрейки

…Не имела Зинаида Филиппова женского счастья. Первый муж бросил ее с двумя малыми детьми на руках: Андрейке было всего два года. Со вторым пожили несколько лет – началась Великая Отечественная война, на которой он и пропал без вести. Осталась одна уже с четырьмя детьми. В оккупацию материнское сердце изболелось за старшего, Николая, которого немцы подозревали в связи с партизанами. Весной 1943-го он, дабы отвести беду от родных, ушел в лес. После освобождения района парня призвали на фронт, и 14-летний Андрей остался за мужчину в доме.
— Все мое образование – четыре класса, — рассказывает Андрей Михайлович. – Школу я бросил, потому что нужно было помогать матери поднимать младших брата и сестру. Работал сначала в колхозе, потом слесарем в паровозном депо. Служить довелось в Германии в 119-м тяжелом танко-самоходном полку. После службы взяли в артель «Энерготруд» грузчиком. Там же выучился на шофера. Поначалу дали мне ГАЗ-АА. Крутился на нем по месту: стулья отвозил на станцию, дрова доставлял из лесу. А в 1981-м, как передовику, достался новенький ЗИЛ-164, на котором исколесил всю Беларусь. Несколько раз про меня писала ваша газета.
Андрей Михайлович протягивает мне старые и потрепанные газетные вырезки, которые хранит как память о молодости. С них смотрит обаятельный и уверенный в себе мужчина.

Судьбу не объедешь и не обойдешь

— Мне все подружки завидовали: мало что красивый и самостоятельный, так еще не пьет, не бьет, — говорит Нина Ивановна. – Родителям моим Андрей тоже понравился. Помню, батька сказал: «Это ничего, что семья бедная. Мы вам сами свадьбу справим. А человек, сразу видно, хороший, ты держись за него, Нинка».
Побогаче жили Кислицкие: у них с вой-ны целым и невредимым вернулся глава семьи. Правда, в июне 1942-го фашисты спалили Черновщину дотла. Пришлось Лукерье Федоровне с четырьмя детьми скитаться по чужим углам. Легче стало, когда дождались хозяина – столяра от Бога: тот поставил для семьи новый добротный дом в соседней Слободке. Голодать Кислицким не приходилось: шли за помощью к безотказному Ивану Федоровичу односельчане, и каждый старался хоть чем-то его отблагодарить.
Ниночка после окончания Березовской семилетки работала библиотекарем в Слободской библиотеке. Родители настаивали: учись дальше, мы прокормим, а то поезжай к сестре Ольге в Донецк, она там хорошо устроилась. Отец по знакомству паспорт временный оформил, вроде все решено было с отъездом, но девушка пошла наперекор желанию родных: отправилась с подругой в Калинковичи, где нанялась рабочей в артель «Энерготруд».
— Знать не знаю, почему так поступила, — пожимает плечами пожилая женщина. – Правду говорят: судьбу не объедешь и не обойдешь.

Воспитание любовью и заботой

5

Расписались молодые через восемь месяцев после знакомства. Жили поначалу на квартире, затем в общежитии артели, которая в 1960 году была переименована в Калинковичскую мебельную фабрику. Спустя семь лет переехали пусть в небольшой, но зато собственный домик по улице Чехова. Когда же семье стало тесно (а у Филипповых одна за другой родились дочери Галина, Елена и Марина), обменяли его на более просторный дом по улице Смугнаровцев, где живут и сегодня.
— Нам двоим уже и не нужны такие хоромы, — сетует Нина Ивановна. – А по молодости хотелось, чтоб у каждой дочери был свой уголок. Мы девчонок своих баловали, старались приодеть понаряднее. Батька наш никогда с пустыми руками из командировок не возвращался: одной платьишко везет, другой – ботики… Завистники шептали: избалуете детей. Но разве ж любовью, заботой можно избаловать?
— Теперь уже дочери нас балуют, — говорит Андрей Михайлович. – Мариночка – она живет в Калинковичах и работает в коммунальной службе диспетчером – практически каждый день заглядывает. Галочка и Леночка всегда на связи, интересуются настроением и самочувствием. Вот надумали отмечать наш юбилей бриллиантовый. Сюрпризы какие-то готовят. Внуки-правнуки обязательно приедут: их у нас уже девять.
К слову, Филипповы до выхода на пенсию проработали на мебельной фабрике. Глава семьи шоферил, супруга была упаковщицей. С ностальгией вспоминают, что в 60-70 годы калинковичские стулья и кресла, этажерки и карнизы пользовались спросом во многих уголках Советского Союза.
— Приходилось работать и в ночные смены, и в выходные – и все равно не успевали в срок выполнить многочисленные заказы, — говорит Нина Ивановна. – Жаль, что нынче фабрика уже не та.

Счастье – в мелочах

Став пенсионерами, супруги заимели в Клинске дачу. Хозяйка к тому же увлеклась цветами. Она и нынешнюю весну ждет с нетерпением: в подвале томятся любимые георгины. Если здоровье не подведет, Филипповы высадят их, как и в прежние годы, вдвоем. Потом возьмутся за грядки…
— Родители все и всегда стараются делать вместе, — пишет Галина. – Бывает, и поругаются, и поспорят, но никогда не разойдутся по углам с обидой. Они нас научили видеть счастье в мелочах: в солнечном дне, в улыбке близкого человека, в хорошей книге, в добром слове… За это хочется сказать им отдельное спасибо.

Татьяна ЗУБЕЦ.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.